Сколько платишь, столько и показывают

В семье Самсона Паняна издавна сложилось отношение к вокальной музыке как к акту единения близких людей - ритуалу в определенной мере духовному, эстетическому, укреплявшему потребность в совместном наслаждении искусством. С детства Самсон был приучен к пению отца, который пел в кругу родни, друзей - везде, где ощущал неудержимую потребность излить душу. Так что неудивительно, что у Самсона проявился дар к пению. Правда, уже в достаточно зрелом возрасте.

- Самсон, два года назад, представляя нашу страну, вы стали обладателем Гран-при национальных “Фабрик звезд” на Украине. Как вам удалось вырваться в победители?

- “Крымские волны” - так назывался этот фестиваль. Представьте: ласковое июньское море, новые знакомства, насыщенная экскурсионная программа, вечерние развлечения и адреналин перед выступлениями… Все это не просто расслабило меня, но и настроило на успех. К тому же я дал себе установку - победить. Знаете, как помогает эта внутренняя концентрация мыслей и сил!

- Ну да, будучи спортсменом, вы четко следовали этой тактике. Расскажите, что вас сподвигнуло переключиться со спорта на вокальное мастерство.

- Да, десять лет я упорно занимался каратэ, мне присваивались пояса разных цветов. Но тут я вдруг узнал, что был объявлен конкурс в “До Ре Ми”, и решил попробовать свои силы. Отец поддержал меня в этой затее. Когда я занял первое место на этом конкурсе, я понял, что должен кардинально изменить свое отношение к жизни, к тому, чем занимаюсь, наметить цель и четко идти к ней. Так я всерьез приобщился к народной музыке не без помощи, конечно же, Надежды Саркисян. Она помогла мне поверить в свои силы, тактично и умело направив мой талант в нужное русло.

- Нынче же вы “направляете талант” молодых вокалистов в музыкальной школе Чаренцавана, где преподаете. Слышала, что вы чрезвычайно строги со своими воспитанниками…

- Не столько строг, сколько требователен. Иначе нельзя. Ведь какую музыку мы сегодня слушаем? Псевдонародную. Она звучит везде: в ресторанах, на свадьбах, на телевидении, на радио… Люди уже не знают, что есть что. Им кажется, раз по армянскому телевидению постоянно передается такая музыка, значит, она и есть исконная.

- Но ведь подобная музыка проходит конкретную цензуру - как-никак эта музыка транслируется не только в нашей стране, но и за ее пределами.

- Все намного проще. Если ты заплатил за нее, ее покажут с голубого экрана. Механизм прост - сколько платишь, столько и показывают. Даже если это очень слабое исполнение, при хорошей плате его могут транслировать по телевидению с утра до вечера. И никому, похоже, до этого нет никакого дела.

- Можно бесконечно говорить о том, кто прав, кто виноват. Но хотелось бы услышать и действенные предложения.

- Я думаю, что на телевидении, и особенно на Общественном телевидении, должна быть создана комиссия из профессионалов. У нас же есть прекрасные композиторы и певцы, которые не раз высказывались с экранов и в прессе на предмет армянской музыки. Тот же Роберт Амирханян. Почему бы ему не возглавить эту комиссию, которая вела бы тщательный отбор той музыки, которая транслируется по телевидению и радио. Он ведь сам говорил о том, что обращение к народной музыке требует особого напряжения сил и восприятия. Такого отношения к музыке пока что не видать… Я понимаю, что без коммерции сегодня никак нельзя, но ведь должна же быть мера. Сегодня телевидение занимается больше культурой обслуживания в музыке.

- Я слышала ваше исполнение “Дард ми ани” Саят-Новы. Меня особенно проняла ваша покоряющая естественность и отдельные интонации, из которых строится песня. В чем ваш шарм?

- Не мне судить. Просто я стараюсь ничего не “открывать”, а лишь выявлять нечто, заложенное во мне природой. И еще стремлюсь не нарушать сущность моего внутреннего мира. И тогда музыка звучит искренне, становясь родной и понятной слушателю.

КАРИ АМИРХАНЯН